Белоусов Валерий Иванович (holera_ham) wrote in movie_rippers,
Белоусов Валерий Иванович
holera_ham
movie_rippers

Categories:

Лодка

Лодка.
Или бессмысленный подвиг.

1981
Подводная лодка
Das Boot
Германия
Вольфганг Петерсен
Драма, Боевик, Исторический, Военный
Юрген Прохнов, Херберт Грёнемайер, Клаус Веннеманн, Хабертус Бенгш, Отто Зандер, Гюнтер Лампрехт, Мартин Май, Хайнц Хёниг, Уве Оксенкнехт, Клод-Оливер Рудольф, и другие...


Я, конечно, извиняюсь, но есть ли вообще у автора «Идеального шторма», Вольфганга Петерсена, плохие фильмы?
Потому что этот фильм — очень хороший. Почему не отличный? Но, помилуй Бог, он идет три с половиной часа!
И короткие минуты мотивированного яростного действия — например, пожара во время наводнения — сменяются долгими часами ожидания боя... Не знаю, как у других людей, тоже изрядно повоевавших, но вот лично для меня, это- очень похоже на правду. Именно так я и помню. Сначала долго сидишь-сидишь, а потом быстро бежишь, бежишь...Куда бежишь? Зачем бежишь? Кто ж его знает. Как курица с отрубленной головой.
Ну, хватит негатива.
Обещанный цыничный пересказ.

Ночь, морской берег, песчаные дюны... Мимо которых едет автомобиль с начальством. Внезапно из темноты на дорогу выскочил пьяный в жопу немецкий боцман и штабное начальство лихо обоссал.
Этакая прелюдия.
Осень 1941 года, прекрасная Франция, оккупированная злобными фОшистами. Страдающие француженки с видимым отвращением усердно обслуживают фулюганющих в ночном клубе дойче матрозен, собирающихся в очередной пиратский набег. А их страдающие французы — аналогично, с превеликим отвращением трудятся на верфях Ля-Рошели, кстати, прикрытых сверху огромными бетонными укрытиями, в которые заплывают подводные лодки. Одна из них У-96, (см. ынтырнет, U-96 — средняя немецкая подводная лодка типа VIIC времён Второй мировой войны, стала одной из самых знаменитых субмарин мира после издания романа «Лодка» (нем. Das Boot) и одноимённого фильма. Потоплена.) под командой своего тихого и скромного Командира как раз собирается отчалить. При этом на корабль приходят два новых офицера — военный Журналист (написавший потом этот самый художественно-документальный рОман) и новый замполит, то есть офицер по национал-социалистической пропаганде. Вообще, это нечестно! Таких офицеров выдумал лично я! В «Ленинградской саге»! Оказалось, что такие были на самом деле. Позор Виктору Перестукину. Еще раз убеждаешься, что все украдено до нас. И нет ни одного горячечного бреда, который хоть раз не был бы в реальности.
Короче, музыка играет туш, народ бросает в воздух чепчики. Лодка пошла в свой десятый рейс. Идет она через Бискай день, другой.... Третий, пятый... Двадцатый... Народ на борту (кроме замполита) потихоньку обрастает бородами и страдает. От жуткой скуки. (Сразу вспоминается, как наши лодки, выходя на нужный квадрат Балтики, для начала прорывались через минно-сетевые позиции в Финском заливе, перегородившие его от берега до берега и от поверхности до дна. И ведь прорывались же...). А тут — сидят и разгадывают кроссворды. Командир, в потертом тренировочном костюме, похожий на бомжа: «Кредитное учреждение, четыре буквы?» Замполит, такой весь чистенький и бритый :»Банк!» И добавляет — какие интеллектуалы собрались на борту...
Короче, борются моряки в основном со стихией. Пока отважный Командир не решает атаковать патрульный эсминец. Но эсминец тонуть не захотел, и учинил лодке хорошую трепку.
Сцены шторма, быта и нравы матросов на борту. Замполит явно филонит — потому что не провел ни одного партсобрания, ни одного семинара! Даже политинформации и те не проводятся... Хотя радио слушают! Вот, в торпедный отсек, где матрозен устроили пародию на кабаре, где танцует наряженный негром матросик, врывается боцман: «Заткнитесь! Большое несчастье...» Напряженные лица: «Что такое?» Боцман, с искаженным от горя лицом: «Наша команда проиграла! Пять-ноль...» Другой матрос от огорчения разбивает плафон: «Эх, не быть нам в финале...»
Эх, отчего я там не был? Я бы хоть боевые листки писал.
Ну, однако, война есть война. Встречен английский конвой, и командир атакует (из надводного положения, прельстившись отсутствием эскорта). Слышны три взрыва торпед. А потом появляются три английских корабля, и дают немцам просраться...
Совсем уж было их потопили, даже механик уже, надев спасжилет, кидается к рубочному люку (а командир — за верным вальтером)... Однако, все устаканилось.
Лодка всплывает в море крови — так кажется, ибо тишайшая вода подсвечена красным. Горит английский танкер. В море кидаются торговые моряки и плывут к лодке — а командир совершенно спокойно дает приказ дать задний ход, поясняя, что пленные им не нужны...
На лодку приходит приказ: вместо Франции прорываться в Италию, через Гибралтар.
Для пополнения запасов лодка заходит в Испанию, в порт Виго. Командир и его офицеры поднимаются на борт страдающего немецкого судна (почему страдающего? «Испанцы нас терпят! Но не любят...» - огорчается немецкий шкипер)
Резкий контраст между грязным, тесным миром лодки и сияющей кают-компанией, где все накрыто для банкета. Между грязными,обросшими подводниками и офицерами парохода. Между заплесневевшим хлебом и роскошным столом...
Пользуясь случаем, командир хочет списать Журналиста и Механика: второго, потому что тот за гранью срыва, и у него жена больная, а первого... за компанию, ага. 41-ый год.)
Но, увы! Смены не будет.
И механик остается на борту. Прорыв через Гибралтар — не удался. Лодку атакует самолет, а потом её бомбят. Лодка повреждена и легла на грунт. Экипаж доблестно совершенно эбически борется с пожаром, поступающей водой и вообще... Всех спасает механик, который все починил.
Лодка всплывает, и идет... в Ля-Рошель. Потому как это так решил командир. Екарный бабай, а как же приказ?! И почему замполит молчит?
Ну, торжественное прибытие. Играет туш, горят глаза... И вдруг прилетают англичане, испортившие праздник. Все горит, взрывается... Уцелевший Журналист бежит к причалу, и видит, как под воду тихо уходит тонущая лодка, а на причале умирает её командир...

Конец, короче говоря.
Мораль: немецкие подводники были врагами фашизма, не любили фашистов (в лодке нет ни одного портрета Гитлера!), боролись в основном со стихией.
И все героически померли...
Хотя фильм содержит сомнительный — указанный выше — идеологический посыл, снять он добротно. Моряков откровенно жалко, зритель им сопереживает.
Сын собаки, Мигалков! Ну что же ты кино-то не смотришь?!
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 11 comments