Дятел клавиатуры (qwerty2011) wrote in movie_rippers,
Дятел клавиатуры
qwerty2011
movie_rippers

Category:

Double Agent (Comrade) [2003] — или Северокорейский Штирлиц

Оригинал взят у comrade_vader в Double Agent (Comrade) [2003] — или Северокорейский Штирлиц


Я сказал «северокорейский»?.. Сам «Штирлиц» действительно северокорейский, но кино про него снято южнокорейцами. Этим-то и интересно.
Взгляд, мягко говоря, отличный от типичных медийных трансляций пропагандистов-агитаторов. Кино само по себе качественное и достойно внимания. А сегодня ещё, пожалуй, и злободневно.

Мои дальнейшие тезисы примерно следующие:
- Близость жанра (вплоть до заимствований): Семнадцать мгновений весны (1973), The Spy Who Came in from the Cold (1965), серия фильмов про Борна (2002-...).
- Реализм и гуманизм.
- Оскал южнокорейской СвободыTM.
- Симпатия к Северу.




Близость жанра
Формально, сюжет фильма схож со шпионской классикой The Spy Who Came in from the Cold (1965), которая, надо думать влияла и на творчество советских авторов в этом жанре. Однако русскоязычный зритель может увидеть здесь множество параллелей с Семнадцать мгновений весны (1973): по сути весь фильм история пребывания северокорейского агента во враждебном окружении (в самом сердце южнокорейских спецслужб), в ходе развития которой нам раскрываются как характеристики самого этого окружения (южнокорейского режима в целом), так и образ северокорейского офицера, вынужденного действовать в различных экстремальных ситуациях (типа «Штирлиц был на грани провала»). Здесь есть и своя радистка Кэт (работает ведущей на радиостанции), и забавно интерпретированный мотив семейных связей, что позволяет иначе взглянуть на сцену встречи Штирлица с женой. Мы знаем сентиментальную трактовку, западный и иже с ним зритель, думаю, прочитал бы эту сцену по-другому: тоталитаризм демонстрировал Штирлицу жену-заложницу, тем самым напоминая ему, что он на крючке (иначе почему они вместе не бухнули, а, как следует? почему у них, тогда, такие печальные рожи? почему Штирлиц немедленно не перешёл на сторону Госдепа, ну, или хотя бы Гитлера, на худой конец? тут дело не чисто, без товарища Тоталитаризма не обошлось!). Вот эта вот возможность двойственной интерпретации, широко используемая в современном искусстве (интересная тема сама по себе), щедро присутствует в фильме (оно и понятно, т.к. иначе странно, как этот фильм вообще вышел в прокат в стране Freedom'n'DemocracyTM, где глушат любые источники с Севера, где за простое самовольное посещение КНДР в качестве туриста и «распространение северокорейской пропаганды» собственных граждан преследуют в уголовном порядке). С советской классикой его роднит ещё то, что в данном фильме весьма в тему использованы советские патриотические песни (вперемешку с классической музыкой). В начале фильма использована реальная хроника северокорейского парада, в кадры которой органично вмонтирован главный герой в парадной форме, с шашкой наголо, марширующий в строю под «Несокрушимая и легендарная». Закрывающей темой и лейтмотивом служит лирическая «В путь-дорогу», как нельзя лучше подчёркивающая тоску по Родине (как самого главного героя, так и корейцев вообще как посыл фильма). Я не знаю, как корейские авторы подбирали советские песни для саундтрека, вчитывались ли они в перевод или им было достаточно музыкального впечатления, но с выбором песен они попали прямо-таки в десятку.



С серией фильмов про Борна (2002-...) данный фильм роднит то, что главный герой блестяще интеллектуально и физически развит, прекрасно подготовлен. Он говорит на нескольких языках (включая, диалекты корейского, английский и русский), блещет знанием психологии — индивидуальной и массовой, мастерски владеет различными видами оружия и, само собой, кунг-фу. Ну и претензия на реализм и драматизм (при всём при том, что фильмы про Борна не смогли избежать привлечения фантастического элемента).



Реализм
Привлечение в качестве сюжетообразующего элемента всевозможных фантастических предпосылок здесь сведено к минимуму. Главный герой, конечно, персонаж несколько идеализированный — красивый, ловкий, умный и т.д., — Штирлиц, одним словом, — но не более того, не выходя за допустимые художественные границы. Он не сидит на волшебных таблетках, которые делают его сверхчеловеком, не является продуктом какой-либо особой секретной инженерии, которая делает его сверхчеловеком, не гоняет на пидерастической тачке, которая делает его сверхчеловеком, не играется с модными гаджетами и проч. чепухой, которые делают его сверхчеловеком, не гасает по трущобам в трико и т.д., ну вы поняли. То, что делает его сверхчеловеком, это его воля. Он просто целеустремлённый товарищ с активной жизненной позицией, который — «Бороться и искать, найти и не сдаваться».



Ещё один немаловажный момент: в данном фильме нет романтизации убийства, характерной для голливудского кино. Ну, знаете, когда бравый джеймс бонд косит всех направо и налево с кривой ухмылочкой, а быдлу в зал летит мессидж, возбуждающий в том быдле животный отклик «Вау! Он крут!» Здесь ничего подобного нет. Убийство человека, даже и врага, здесь остаётся трагедией. Убийство здесь не развлечение для быдло-инстинктов («смотрите: я не вошь, я человека убил!11»), а осознанная необходимость, вынужденная плата, так как на кону стоят сотни тысяч чужих жизней (не считая собственной).

Так мало того…




Оскал южнокорейской СвободыTM

Вы так или иначе, должно быть, уже в курсе, что Южная Корея — это плацдарм Freedom'n'DemocracyTM, где у всех уже давно всё есть, где каждый пользуется, помимо собственно Freedom'n'DemocracyTM, всеми мыслимыми благами цивилизации, демонстрируемыми обычно заезжему яппи с фотоаппаратом. В Северной Корее же, как в романах Достоевского, всегда-всегда серое небо и идёт дождь, все ходят худые, чахоточные и обоссаные, а еда из импортных китайских опилок.
Всей правды о КНДР мы в этом фильме не узнаем — она осталась за кадром (впрочем, в фильме речь идёт ещё о временах существования соцлагеря, а значит отсутствия блокады, когда Северная Корея в экономическом развитии не уступала Южной). Всё, что касается Севера, сообщается нам в виде реплик различных персонажей, представляющих собой как на подбор различные антитоталитарные штампы, коими буржуазная пропаганда неустанно пичкает собственного обывателя. Впрочем, добрая половина этих штампов произносится персонажами в таких обстоятельствах (напр., под пытками), когда даже недалёкому потребителю голливудской жвачки должно быть понятно: персонаж говорит то, что от него хотят услышать. В отдельных эпизодах это даже подчёркивается, как в сцене с пытками:
— Какова причина твоего дезертирства, скотина?
— Свобода… Я хотел свободы…
— Свободы? Какой свободы? Здесь никакой свободы тоже нет. Ты работал на северокорейские спецслужбы и не знал даже этого?
[палачи закатывают рукава, и марафон продолжается]

Помимо этого, разумеется, некоторые штампы выдаются отдельными персонажами всерьёз (было бы странно, если бы их вообще не было в южнокорейском фильме, его создателей и так следует как минимум расстрелять), но без фанатизма.
Что же касается Юга, то южнокорейские фильмы вообще должны сильно расстраивать верующих в благодать Freedom'n'DemocracyTM: за фасадом туристических витрин там существует значительное классовое расслоение, бедность, болезни, криминал, трущобы и т.п. прелести. Да, и ещё я сказал «пытки».
В этом кино речь идёт про режим, и пытают тут зверски, часто и регулярно. Пытают перебежчика, пытают подозреваемых, пытают заведомо невиновного. Ну, а собственно, чего южнокорейцам-то стесняться, если у их паханов по Freedom'n'DemocracyTM пытки — вполне себе разрешённый метод воздействия. Скорее всего те же паханы их этому и учили, у них для этого имелись и методики и целые школы (см. исследования Blum W. Rogue state и Killing Hope, напр.).
Авторы фильма проводят нам мысль, что отличительная черта южнокорейского режима — это жестокость и беспринципность. Чиновники местного корейского ЦРУ беспощадны к врагам Рейха, а заодно и ко всем прочим (подчинённые их натурально боятся, сами они не стесняются хвастаться своими подвигами в армии). Делая карьеру руководители не гнушаются массовой фабрикацией дел, обеспечивая себе якобы раскрываемость (доказательства вины всё так же выбиваются под пытками). Общество безыдейно и атомизировано, всем на всё наплевать, интересы простых людей в норме не простираются далее эгоистических, граничащих с аморальностью. На протяжении всего фильма рефреном звучит один и тот же вопрос к главному герою: почему ты дезертировал? Он каждый раз отвечает штампами, или примеряясь к собеседнику: хотел свободы; хотел увидеть певицу/актрису; хотел поиграть в бейсбол. Эта — по сути не корейская, а заёмная — чепуха вопрошающих удовлетворяет. А что, простые понятные эгоистические мотивы, ради которых всякий бы бросил семью на заклание кровавому тоталитаризму. Одобряем.



Надо заметить, что сами создатели, будучи продуктом этой же системы, сами не в силах избежать предлагаемых системных установок. Они проповедуют в итоге эгоистический мотив (как высшую буржуазную ценность), по типу булгаковской мечты о частном домике и чтобы все отстали. Впрочем, в данном случае это в известной мере может быть оправдано предлагаемыми обстоятельствами, да и не стоит ждать слишком многого от южнокорейского фильма, который и без того уже из ряда вон (не в КНДР же всё должно закончиться, в самом деле). Опять же, яппи и мелкие буржуа должны быть в восторге. Для этого же вводится специальный бог из машины — добрый европеоидный шпион под прикрытием роли журналиста — западный зритель скорее всего примет его за западного же разведчика (мне, правда показалось, что он говорит по-английски с акцентом), русскоговорящий — может посчитать его представителем социалистического блока (в одной из сцен он переходит на русский). Впрочем, всё это в картине не главное. Этому в ней уделено не так много места.
Основное место в ней занимает южнокорейский режим, и он весьма непригляден (здесь также часто проскакивают параллели с 17-ю мгновениями). При этом создатели фильма подчёркивают, что дело вовсе не в плохом человеческом материале: простые южнокорейцы, хоть и ограничены в стремлениях, в принципе способны и на высокие чувства, и на дружбу. Дело в системе, в отношениях. К тому же человеческий материал-то у двух систем, по сути, один и тот же, а продукт на выходе разный.



Симпатия к Северу
Так вот, материал один и тот же: на Севере те же корейцы, на Юге товарищи, входящие в агентурную сеть, вообще никогда не были в КНДР. При всём при том их всех отличают высокие моральные и нравственные качества, граничащие с героизмом. На контрасте с эгоизмом и беспринципностью это довольно сильно звучит даже для мелкобуржуазного обывателя, пришедшего поглазеть на очередной боевичок.
Северокорейские агенты изображены по-настоящему интеллигентными людьми, при этом со стальной волей (что на всякий случай даже подчёркивается репликами южан). Главный герой проходит через пытки, через риск для жизни, через изоляцию и смутные будущие перспективы, чтобы выполнить данное ему задание. При этом он не маньяк, не социопат, он увлекается классической музыкой, способен дружить (даже в среде врагов), способен любить. Он не отнимает жизнь, когда можно этого избежать, хотя это может быть и сэкономило бы ему усилия.



Другой северокорейский агент, руководитель сети, — респектабельный южнокорейский доктор, — бесплатно помогает беднякам (зачем-то же такой эпизод специально введён в повествование), мягок, дружелюбен и добр, но в критической ситуации спасая товарища, действует жёстко (забивает свидетеля банкой тушенки), идёт на провал и жертвует собой, так и не расколовшись под пытками.
Северные камрады определённо здесь положительные персонажи, как ни крути. Мы конечно по ходу фильма иногда сталкиваемся с пересказом пропагандистских штампов про КНДР, но на фоне таких ярких образов эти штампы бледнеют до неразличимости. Потому, что сами собой на ум приходят по сути запрограммированные авторами вопросы: как негодный тоталитарный режим мог произвести таких в полном смысле людей? И почему южнокорейский режим в массе своей производит совершенно противоположный материал?



* * *

Скачать кино с оригинальным звуком и английскими субтитрами можно здесь:
asiatorrents.me


Я напомню, кино снято не в КНДР, а в самой Южной Корее, так сказать, в порядке самокритики. Так что, в случае возникновения острого классового батхёрта, претензии слать туда, на деревню дедушке.

Да, и кончается всё несколько не так, как в Семнадцати мгновениях (по кр. мере, в кино; книгу не читал).

* * *

Забавно то, что главного героя здесь играет тот же актёр, что играл ранее южнокорейского агента в довольно популярном корейском фильме Shiri (1999) — сентиментально-слезливой лавстори на тему всё тех же несгибаемых северян, полной под самую завязку пиф-паф, типичных штампов и всевозможной пропагандистской чепухи. Не понимаю, почему это кинцо до сих пор столь популярно, по-моему полный трэш. Может быть потому, что северокорейцы модельного вида с непробиваемыми лицами мочат там всяких чиновников, ментов, бандитов и бизнесменов направо и налево? В фильме, на мой вкус, только один стоящий эпизод. Когда северокорейская диверсионная группа, переодетая в южнокорейскую форму, остановила на шоссе южнокорейский военный конвой и стала требовать документы. Главный конвоя вышел и стал куражиться как старший по званию, дескать, почему в шапке? почему не стрижен? из какой части? На что командир северян деловито достал штык-нож и со словами что-то типа «из такого-то подразделения специальных сил Корейской Народной Демократической Республики» зарезал полковника (или кто он там был, не помню уже). Да, это был спойлер. Больше смотреть в том фильме нечего. А пишу я здесь про него, — так, — чтобы два раза не вставать.

Tags: мотороллер не мой, пеар, положительный пример
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 7 comments