voencomuezd (voencomuezd) wrote in movie_rippers,
voencomuezd
voencomuezd
movie_rippers

Category:

Герника (2015)



год: 2015
страна: Испания
слоган: «In love and war the first casualty is truth»
режиссер: Кольдо Серра
сценарий: Карлос Клавихо Кобос, Барни Коэн, Хосе Альба
жанр: мелодрама, военный
бюджет: €5 800 000
время: 110 мин. / 01:50
В главных ролях: Джеймс Д’Арси, Джек Девенпорт, Берн Горман, Мария Вальверде

Фильмов о Гражданской войне в Испании снято немало. Это была кровопролитнейшая европейская война своего времени, которая унесла значительную долю населения страны, стала итогом многолетнего и мучительного политического кризиса, сотрясавшего Испанию, который в итоге был насильственно пресечен в результате объединения фашистских сил. Игнорирование угрозы фашизма очень дорого далось беззубым европейским "демократиям", когда они столкнулись с нею сами. Одной из самых известных трагедий той войны является уничтожение небольшого городка Герники, который был подвергнут немецко-итальянской бомбардировке в апреле 1937 года. Это был не единственный город, пострадавший от воздушного террора, но его потери были особенно жестоки - город был фактически уничтожен, население разорено и не менее 20% его погибло под бомбами.

И вот именно поэтому об этой трагедии испанские баски совместно с американцами сняли фильм. И сделали они это так, как и полагается снимать об исторических трагедиях - с дурью, пропагандой, безграмотностью и обличением главного тоталитарного зла ХХ века - коммунизма.

Начинается все со странного эпизода. После вступительной исторической справки показывается агитационный мультфильм о войне в Испании и борьбе демократии с фашизмом. Мультфильм - лучшее, что тут есть, потому что он аутентичный и очень хороший: испанская анимация вообще недооценена. В кинозале какой-то алкаш Генри (в его роли недавно поднявший Джеймс Д’Арси) бурчит, что терпеть не может пропаганду и отхлебывает из фляжки. Его сосед заискивающим тоном просит глоточек. Это тут же дает алкашу догадку - "Советский?" "Da", - говорит тот. Алкаш явно врет, что пил сироп от кашля. Американец, - понимает советский. "Это не ваша война". И как бы намек - советский указывает американцу, хотя это тоже не его война!



В общем, это Испания, Бильбао, 1937 год. Наша героиня - это красивая испанская девушка Тереза в исполнении ныне популярной Марии Вальверде. Она работает в Министерстве правды Департаменте прессы и пропаганды. Пример ее работы: какой-то французский репортер говорит по телефону в специальной будке со своей редакцией, упоминает, что "все ушли на фронт" - и так как это секретная информация, он нажимает на кнопочку и отключает ему разговор. О как, методы круче, чем у Роскомнадзора. На жалобы она отвечает ссылками на военное положение, при котором и арестовать можно.

Я сразу скажу, что не знаю, как там была налажена цензура в Республиканской Испании, я не знаток этой войны. Но что-то мне подсказывает, что таких технологических изысков не было - Испания была довольно отсталой страной. Например, комбриг Н.Н. Воронов, будущий герой ВОВ, рассказывал, что в Мадриде НП для артиллеристов пришлось сделать на единственной высотке города: 16-этажном небоскребе компании "Телефоника электрис". Причем с позициями связывались через... телефон. Для Воронова еще большим шоком стало, что никакой охраны в здании не было - заходи, слушай, кто хочешь. Там же он приводит еще много примеров потрясающего раздолбайства обеих сторон, которые по уровню дисциплины и малограмотности (это касается даже кадровых офицеров дореволюционной Испании) напоминали феодальные армии - например, командир запросто мог взять неразорвавшийся снаряд на сувениры, а в обед обе стороны сразу расходились по палаткам и начинали есть. И это было единственное событие, которое пунктуально соблюдалось испанцами. И это под Мадридом! На северном же фронте творился ад нищеты и развала, который Оруэлл описал в таких красках, какие бы ни какой фашист не придумал. Что-то мне подсказывает, что "военная тайна" в те годы имела ровно столько смысла, сколько в нынешней гражданской войне на Донбассе.

Но вообще, Тереза добрая девушка. И у нее есть приятель, советский журналист Василь. Да, его зовут Vasyl - а вот с фамилией неясно, на наших ресурсах иногда проходит как Мицкевич, а в фильме переводчик его называет "Микявич". Василь Микявич. Белорус, наверно. Он привез ей в подарок пластинку с Ласковым Маем Бахом. Хотя она бы с большим удовольствием послушала бы Шостаковича - но увы, по ее словам, Шостаковича уже посадили в тюрьму. Да, вы не ослышались, в этой реальности Шоставковича в 1937 году посадили в тюрьму. Надо так полагать, это сделал лично Stalin!

А тем временем на улице журналистка-американка Марта снимает, как конвойные и гражданские собираются повесить пленного немецкого летчика за его бомбардировки, предварительно избив его и извазюкав в грязи, специально для такого случая появившейся в солнечном Бильбао.



Эпизод смысла не имеет, процесс не покажут, Марта просто проходит в кинотеатр и забирает оттуда порядочно насосавшегося из фляжки товарища - Генри Стира. Тот валяет дурака и предлагает вместо поездки на позиции тупо сфоткать его с картой на фоне ближайших мешков - прокатит. Марта в шоке, скандалит, но ради прошлого когда-то талантливого журналиста соглашается. И Марта едет на позиции, осматривая отступающие отряды усталых и осунувшихся солдат. Отступают они как-то странно. Бредут по окраинам дороги, обозов и техники у них нет и даже раненый - всего один на всех. Они точно отступают, а не на работу в понедельник идут?



Сидя в каких-то окопах, Марта и Генри видят, что франкистские снайперы ранили двух солдат и теперь те валяются на позициях и стонут. Помочь им нельзя - территория простреливается. Мара вдруг пытается выпрыгнуть из окопа. Куда! - хватает ее Генри. - Зачем вам рисковать жизнью? Я, когда был в Эфиопии, потерял так переводчика - ему даже плен не оплатили! Именно поэтому я, кстати, бухаю, от людской злобы... а не потому что я лицемерная сволочь, пишущая на заказ... В общем, для чего вам лезть под пули? Чтобы обогатить владельцев газет? Марта отвечает: Нет, чтобы спасти солдата сделать уникальное фото! - и таки лезет под пули. Но франкисты не спят! И в наприжонной сцене слежки ими за укрывающейся за деревьями бабой мы понимаем, что переводчики чего-то напутали. Потому что снайпер оказывается пулеметчиком.



Он открывает огонь и попадает одновременно по окопам и бабе, которые, на минуточку, метрах в ста друг от друга. Но тупая блондинка не попалась пулям... повезло... таким людям вообще везет... Она становится за деревом прямо у раненого солдата и спасает фотографирует его. Хэлп ми! - орет тот и тянет руки. Но кровавый франкист добивает его - а до этого не добивал, видимо, чтобы тот помучился, мваха-ха-ха-ха. А журналистке франкисты посылают минометный снаряд - на память. Он у них, видимо, был всего один, поэтому по окопам они не им не стреляли. Взрыв отталкивает дуру на полметра, но она такие выживает и даже контузии мозга не получает: во что значит бронеустойчивость! А я так думаю, контузию особо и нечему было получать... Далее стереотипный писк в ушах, слоумо, но жадная Марта все равно первым делом тянется к фотоаппарату. Спасать кретинку вызывается единственный приличный человек этого фильма - командир республиканцев. Под прикрытием своих солдат он выбегает, хватает дуру и утаскивает ее от резко окосевшего пулеметчика. Но вместо того, чтобы окопах наорать и дать крепких люлей журналистке, республиканцы говорят Марте - это важное фото, опубликуйте его. Чо опубликовать, блин - двух раненых на войне? Да, уникальная штука. Итого - Марта герой. Да, тупой, подавший заявку на премию Дарвина - но герой. Генри ругает ее на обратном пути, но всерьез образумить не успевает - на них нападает бродящий в тылу вражеский истребитель, который взрывает им в эффектном взрывЧИКе автомобиль. Герои выжили, но вот пленка пропала. Какая ирония. Ну, главное, что после взрыва, который переворачивает в воздухе, они встали целыми и невредимыми.



По возвращении в Департамент Генри кратко ругается со своим коллегой - склизким хлыщом Марко, который пишет тайком статьи и фашистам (сразу предупреждаю, Марко и Марта не несут абсолютно никакого смысла в сюжете) - а потом заходит в нашу оборудованную телефонную будку, поговорить с редакцией. Да, вы правильно поняли, в 1937 г. из Бильбао можно абсолютно легко дозвониться до Нью-Йорка. Редакция же изображена довольно гнусно, она скандалит и требует больше подробностей - не для разоблачения фашизма, а для денег. Ну, а чего вы ждали от владельцев СМИ, правды или жажды прибыли? Тем временем где-то вдалеке стоит немецкий а-а-а-автомобииииль, возле которого гуляет фактурный мордастый фошист. Это немецкий актер Йоахим Ассбёк, который 98% своих ролей посвятил изображению нациков в самых разных немецких и зарубежных фильмах. Он важно смотрит в бинокль на кондора - и это типа знак! Ведь немецкий авиалегион в Испании назывался именно "Кондор". Оценили? А? А?!

Всех наших журналистов отводят к Терезе, для знакомства. Тереза говорит Генри - о, вы такой специалист, я вас читала, например, статью, где вы описали битву наших солдат в замке с фашистами. Сенкью, - скалит зубы Генри. Только вот вопрос - где вы нашли в этом городе замки? - спрашивает Тереза (звучит bad_trombon). Взяв слово с журналиста не валять дурака и ограничив ему передвижение, его отпускают. Мрачный Генри курит у выхода, тут подбегает давешний французик и говорит, что ему дали сломанную машину, а все янки умеют чинить машины. Американец смотрит на французика как на монголоида и отказывает. Вы уже убедились в отзывчивости этого замечательного человека?

Генри пытается вечером поговорить с Мартой, но не находит ее у себя в номере. А Василю Мицкевичу тоже не везет. К нему в кабинет вдруг приходят люди в штатском и начинают демонстративно читать досье на журналистов. Главный среди них - абсолютли безымянный консул, с лицом вяленой рыбы, в котором безошибочно угадывается высокопоставленный офицер NKVD. Он сохраняет на лице маску презрительного превосходства немецкого аристократа, носит red zvezda в петлице и говорит партийными лозунгами: "Ваш брат обнаружит, что в это время года в Сибири мягче" - "Товарищ Сталин не забыл, что вы были с Троцким и публично в этом раскаялись. Но Николай..." - "Может, вы найдете мне врага революции? А я подберу преступление ему впору" (с)



Генри собирается сваливать из страны, а чтобы не возиться с высылкой нужной редакции секретной информации, передает ее подпольно, через руководство отеля, которое берется за такие вещи. Тут подходит Тереза - что, мол, обходите цензуру? Нет, это поздравительная открытка - говори Генри, спешно всучив в руки администрации огромный конверт. Тереза делает вид, что верит и берет его журналистский тур. У нее есть хитрый план - перетянуть америкоса на свою сторону в узкопрактических целях. И вот все журналисты приезжают туда, куда отправился бы каждый репортер, когда идет война - на высокую гору со смотровой площадкой. О-бал-деть, как интересно! Именно этим и надо заниматься в разгар войны. Кстати, если вы еще не поняли, войны тут почти нет. В тылу живут мирно, тихо, пьют дешевое спиртное, слушают Баха, проводят вечера в уютных кафе, ездят в турпоездки. Благодать! Какая там война, что вы, это же Испания... Генри как-то легко отрывается от остальных и ни с того ни с сего решает познакомиться с Терезой. А так как все коммунисты - пьяницы, то он предлагает ей vodka виски.



На самом деле Тереза лоялистка-демократка, виски пьет, но не пьянеет. Но на разговор идет, и голубки мило щебечут.

Тем временем в легионе Кондор... Рихтгофен беседует с партайгеноссе Вольфгангом. Они соглашаются, что из испанцев и итальянцев слабые воины, так что они будут лично бомбить какой-нибудь город - ко дню рождения Фюрера.
Но это так, проходняк. Главные события - в разговоре Терезы с Генри. Узнав, что у бабы умер отец, Генри резко переходит на ты к ней и проника-а-ается... Они все едут в больницу, где Генри видит девочку с обожженным лицом. Чой-то она? - спрашивает он, - типа утюг неловко в руках повернула? Неважно, откуда это, это правда войны! - пафосно болтает Тереза, и пристыженный Генри умолкает.

В Департаменте тем временем журналисты продолжают по глупости передавать через будку о том, что фронт разваливается и войска отступают, за что их тут же оперативно банят со скоростью черенкования на тупичке Гоблина. В свободное время секретутка обсуждает вместе с Василем, кого бы подобрать на кандидатуру vraga naroda. Угадайте, бабы Ванги, кто это в итоге будет?

Герника. Пресс-тур продолжается. Так как республиканцам по-прежнему неинтересно, чтобы журналисты освещали войну, им парят мозги культурной программой страны басков.



Тереза тогда отводит Марко-Марту-Генри в сторону и они идут гулять вольной программой. По пути они наблюдают раскол гражданской войны - какая-то баба угрожает уличному торговцу, что вот придут фашисты, и ему покажут, а тот в ответ говорит, что ничего ей не продаст. Да, ужасные ужасы раскола, когда фашистка прямо на улице угрожает продавцам. Но зато на улицах всего один плакат, пара солдат и больше никакого хаоса. Хорошо, что в стране Басков не такая бурная жизнь, как в соседней Каталонии.

Почти все крупные здания были реквизированы рабочими и украшены красными знаменами либо красно-черными флагами анархистов, на всех стенах были намалеваны серп и молот и названия революционных партий; все церкви были разорены, а изображения святых брошены в огонь. То и дело встречались рабочие бригады, занимавшиеся систематическим сносом церквей. На всех магазинах и кафе были вывешены надписи, извещавшие, что предприятие обобществлено, даже чистильщики сапог, покрасившие свои ящики в красно-черный цвет, стали общественной собственностью. (...)Реквизированы были и частные автомобили, а трамваи, такси и большая часть других видов транспорта были покрашены в красно-черный цвет. Повсюду бросались в глаза революционные плакаты, пылавшие на стенах яркими красками — красной и синей, немногие сохранившиеся рекламные объявления казались рядом с плакатами всего лишь грязными пятнами. Толпы народа, текшие во всех направлениях, заполняли центральную улицу города — Рамблас, из громкоговорителей до поздней ночи гремели революционные песни. Но удивительнее всего был облик самой толпы. Глядя на одежду, можно было подумать, что в городе не осталось состоятельных людей. К «прилично» одетым можно было причислить лишь немногих женщин и иностранцев, — почти все без исключения ходили в рабочем платье, в синих комбинезонах или в одном из вариантов формы народного ополчения. (...) К ощущению новизны примешивался зловещий привкус войны. Город имел вид мрачный и неряшливый, дороги и дома нуждались в ремонте, по ночам улицы едва освещались — предосторожность на случай воздушного налета, — полки запущенных магазинов стояли полупустыми. Мясо появлялось очень редко, почти совсем исчезло молоко, не хватало угля, сахара, бензина; кроме того, давала себя знать нехватка хлеба. Уже в этот период за ним выстраивались стометровые очереди. И все же, насколько я мог судить, народ был доволен и полон надежд. Исчезла безработица и жизнь подешевела; на улице редко попадались люди, бедность которых бросалась в глаза. Не видно было нищих, если не считать цыган. Главное же — была вера в революцию и будущее, чувство внезапного прыжка в эру равенства и свободы. (Дж.Оруэлл. Памяти Каталонии)

Но если вы думаете, что главный враг это фашики... Василь прибывает куда-то в лес, где в какой-то пещере сидит со своими мордоворотами консул. Он арестовал и поучил физическими мерами какого-то журнализда, который хотел пересечь линию фронта. Тот клянется, что просто цензура сняла указатели, вот он и перепутал. А Тереза привозит журналистов... к своей тете? Да твою мать, полфильма прошло, журналисты вообще на войну пойдут? Пусть еще в цирк сходят, в детский сад, в зоопарк, сценариста этого фильма там покормят, покидают ему орешков в вольер... В общем, американцы чинят по доброе душевной семье машину - в два счета! Какие отзывчивые люди... А консул отводит арестованного в лес, дает Василю пистолет и предлагает ему сплагиатить "Перекресток Миллера".





Василь корчит рожи, держит и дрожит пистолет... но наконец консул проявляет милосердие и, аки Господь перед казнью Авраамом своего сына, отводит его длань и отнимает оружие. А потом гуманно убивает журнализда сам.

Безобразие, - говорит он - я тут целых два дня, а вы до сих пор не нашли мне врага народа. А как же plan, tovaristch? Как же наша otchotnostь? Ну, что-то вроде этого. Серьезно, из фильма непонятно, почему консул так жаждет убивать врагов народа, что даже не оформляет их убийства. Я понимаю, что его прототипом был Александр Орлов, резидент НКВД в Испании, но там он работал в Барселоне, а не провинциальной стране Басков и занимался четким делом - изымал "троцкистов" в советской среде для улучшения отчетности Большого террора и убивал противников коммунистов в Испании. А какой толк в убийстве рядового журналиста? Василя мотивировать, чтобы тот крупную рыбу привел? Где, в Бильбао, второстепенном участке фронта? Ей-богу, не консул, а какой-то мультяшный злодей из "Черного плаща": "Гляди, маленький пушистый кролик!" "Где?! (бах-бах-бах-бах!)" "Ага, только сумасшедший садист и убийца захочет убить маленького неповинного кролика!"

Практически весь фильм, и до этой сцены, и после, нам показывают перебивкой эпизоды с Рихтгофеном и его подручными в легионе. Они в основном стоят на одном и том же склоне горы, смотрят на дорогу на Бильбао и разговаривают о делах на фронте и подготовке бомбежки, а иногда показывают подготовку к операции. И вот первые зверства фашистов - во время гулянки у родственников Терезы все замечают в небе немецкий истребитель. Тот тоже замечает их и решает пострелять немного по безоружным гражданским во дворе - почему бы и нет?



Интересно, почему все эти вражеские пилоты так любят охотиться за одиночками? То русские в "1944" охотятся за маленькой девочкой, то вертолетчики Иваны в "5 дней в августе" свадьбу расстреливают... Видишь? - говорит Тереза Генри, - зверства немецко-фашистских войск! И тот типа... проника-а-ается... И ночью находит в себе силы написать статью, хотя до этого ему было откровенно плевать. И это один из немногих моментов, когда мне становится по-человечески близок герой... Но это ненадолго - статью Тереза лично зарубила. Оказывается, там написано, что Республика потеряла боевой дух, а о девочке ни слова. И так как в 1936 г. падения духа действительно не было, американец действительно лжет. Но американец думает по-другому и ПРОЗРЕВАЭТ - ага, так мне не врали, мне просто подсунули бабу, чтоб охомутать и заставить распространять вашу пропаганду! (кстати, никто ему ничего подобного не говорил). А я работаю на американцев так что буду распространять только их пропаганду! Василь тогда предлагает ему плюшки от Советского Союза. Только в ваших мечтах, комрад! - пафосно отвечает тот. И тут второй хороший момент - Василь показательно опускает героя военной правды, напомнив, что он сдал своего переводчика итальянцам в Эфиопии. Генри в бешенстве замахивается на трусливого коммуняку, но вовремя приходит в себя.



Тереза тогда следующей ночью отправляет записку Генри, чтобы он пришел на Третью улицу Строителей,25, дом с черной кошкой на двери, но тихо - за ней следят. Но прийти не смогла - Василь не дал ей уйти... Так что сцена пропала зря. В итоге приходится ехать с Василем на прием в какой-то богатый дворец... Да уж, а в этой Испании точно была революция? За какую демократию вообще сражаются эти республиканцы? За демократию с дворцами и лакеями в смокингах? Странно, странно... Именно там Тереза и встретилась с Генри. Они базарят, что, мол, извини, я не могла поступить иначе, но твоя статья гениальна, она об ужасах войны, а я несвободна, продолжай в том же духе, вообще ты молодец, хочешь конфетку с ацетоном? Далее романтическая как алая роза на коровьей лепехе сцена с танцами, проникновенными взглядами и прочим превозмоганием драмы жизни. Баба в итоге притаскивает мужика в какую-то кладовую, в которую натащили церковной атрибутики. Я сначала решил, что гнусное большевичье изъяло все это при ликвидации церквей, но оказалось, что это якобы спасение искусства от войны. Чего? Вы набили скульптурами и крестами какой-то дворец, а не склад или бомбоубежище? Вот лохи-то. После картинной прогулки и болтовни голубки целуются на фоне всего этого барахла и... проникааааются... и еще... сношаааааааются... Какая драма, какой пассаж... Нет, титек не было, это ж типа ыскусства.

Консулу надоедает вся эта канитель, он берет спецотряд с волынами и в беретах, вторгается в Министерство правды и говорит - пропала печать всевластия отдела цензуры, мы проводим обыск. Печать находится - вот совпадение! - в пальто Генри, но Тереза берет вину на себя, типа Генри плащ дал поносить.



Василь пытается образумить дуру, но та упирается, Генри орет и получает прикладом по почкам от крававай гэбни. На следующий день оклемавшийся Генри пытается выяснить, куда забрали Терезу, у Василя, но интеллигент оказывается не так-то прост - он наставляет на дуралея пистолет и говорит, что его все это не касается. Однако довольно быстро американец узнает страшную PRAVDA - Терезу держат в Cheka. Да, именно так называется некая советская тюрьма в Испании, где "люди пропадают бесследно". А Василю тоже не повезло - когда он спросил, выживет ли теперь его брат, консул только руками разводит. Мол, извините, гражданин, вы опоздали с очередью на амнистию - нечего было затягивать выполнение plan. Он картинно передает на память Василю часы брата и просит подпись на свидетельство о смерти. Эх, и тут не повезло! И вы заметили, что большевики тут выглядят гнуснее, чем нацисты? Кстати, о нацистах. Знаете, на каком моменте они начинают первый вылет? На 77-й минуте фильма. Из 110.



Какого хрена в фильме сплошь Хенкели, которых в налете было всего два, и все на травке стоят? В музее снимали, штоле?

А нам тем временем нам показывают ужасы советско-республиканского гестапо, до которых даже Оруэлл со своим описанием арестов в "Памяти Каталонии" не додумался бы. Терезу, одетую в рубище, втаскивают в грязную душевую в подвале, немного напоминающую туалет в фильме "Пила", и моют душом Шарко из пожарного шланга. При этом охранники зачем-то заводят граммофон с Бахом. Зачем, блеааать? Чтобы их никто не услышал? Где, в подвале? И шум душа работает в этом ничуть не хуже граммофона.



Но вообще, кино не лишено плюсов. Даже двух.



Привет, бюст Марии Вальверде! Рад тебя видеть, ты сильно подрос со времен «Интимного дневника Мелиссы» и «Мадрид, 1987 год». Расти большой, не будь лапшой!

Василь, чуть не плача, умоляет бабу подписать саморазоблачительное признание, иначе... ему будет больно. Ей тоже, но ему особенно - и это намного важнее!

Вы еще не забыли на 80-й минуте фильма, что он называется, на секундочку, ГЕРНИКА И ПОСВЯЩЕН ТРАГЕДИИ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ В ИСПАНИИ?!! Вот поздравляю, именно сейчас нам ее и показывают. Немецкие самолетики, довольно хорошо нарисованные на компьютере, летят над лесами и долами и нападают на город. ИМЕННО В ЭТОТ МОМЕНТ в нем был Генри, искавший здание Cheka. Разумеется, включились сирены воздушной тревоги, и журналист понял, что опаздывает.(Сирены, блеять, в городе, где даже постов воздушного наблюдения не было - когда налетели самолеты, население пришлось оповещать церковным набатом, суки безграмотные...) Тут как из-под земли появилась невесть где околачивавшаяся все это время Марта, но Генри только кричит ей: через полчаса на Третьей улице строителей, 25! - и они разбегаются. На улицах начинается паника, люди бегут кто куда, сестра Терезы Изабель ИЗ ДОМА ЗА ГОРОДОМ МЧИТ В ЦЕНТР, ЧТОБЫ ВЗЯТЬ ИЗ АТЕЛЬЕ СВОЕ ПЛАТЬЕ, ТВОЮ МАТЬ!!! В общем, ужас, кошмар и абсурд тупого сценария. Далее начинаются довольно приличные для такого рода говнофильмов картинные взрывы, охрана бросает Терезу в камере с заевшей пластинкой (типа режиссерский сука-ход!), и все это даже могло бы выглядеть трагично, если бы не тупость персонажей. То Марта по-прежнему бегает под бомбами ради снимков, то дядя Терезы пытается вытащить на руках горячо любимую... нет, не жену - машину, которую ему починили америкосы. И когда не удается он... нет, не убегает в панике - а залезает под нее, крестится и неубедительно плачет. Премия Дарвина с подарком от салона Ауди, ёпта. То сестра Терезы, повстречав Генри, который кричит: "Я ищу твою сестру!", ведет его... к ателье, которое, СОВЕРШЕННО СЛУЧАЙНО! - сгорело! И тварь рвется из лап Генри, чтобы спасти горящее на ее глазах платье, ведь ПОСЛЕ ПОПАДАНИЯ АВИАБОМБЫ В ДОМ ПЛАТЬЕ НЕ БУДЕТ ПОГРЕБЕНО ПОД ОБЛОМКАМИ, А БУДЕТ СПОКОЙНО СГОРАТЬ ПОСЕРЕДИНЕ РАЗВАЛИН, ТВОЮ МАТЬ!!!



Какие же эти испанцы меркантильные подонки, если подумать. Жизнь за барахло готовы отдать. Как у них вообще революция произошла?

Чтобы окончательно похоронить логику, к парочке подбегает мать с двумя детьми, просит помощи, но тут налетает самолет, шмаляет из пулемета ровно посередине встретившихся, пока те за кадром - и угадайте, кто выжил, а кто нет и кому достался драматишный наезд на искалеченную тележку вместо окровавленных трупов?

На хрен, в общем. Еще 25 минут этого говна. Ускоряемся! Генри с помощью двух солдат нашел улицу, но охрана, конечно, не слышавшая бомбежки целого города, их не пускала. Однако потом сирены зазвучали снова, охрана внезапно вернула слух и слила. Генри вбежал внутрь, увидел кучу запертых vragov naroda и, конечно, по доброте душевной всех отпустил, а потом нашел свою сраную Дульсинею и стал ее выносить, но наткнулся на... Василя, который вернулся в опустевшее здание. Почему-то с наганом, как будто Василь заранее знал, что его ждет. К счастью, голубки ускользнули из-под его носа, он их даже не заметил. Придурки убегают, но тут самолеты заходят в третий раз, и они убегают в какой-то первый попавшийся подвал, набитый кучей людей. Их еще впускать не хотели, мол, места нет... Ага, хрен там, там человек десять влезло бы как минимум. Василь, как последний ненормальный, ходит по разбомбленному городу и кричит в отчаянии: "ЁЁЁЁЁЁЁЖИИИИИИИИК! ТЕРЕЕЕЕЗААААААА!" Но воздушная длань дьявола неотвратима!



Бомба пробивает стенку в подвале и чудом никого не задевает. Генри говорит: потолок рухнет, снаружи безопаснее! Говорит только Терезе, на остальных, вестимо, насрать. Они убегают, встречают Марко и Марту, а так как у Марты, как вы знаете, бронеустойчивость к взрывам, то теперь они от взрывов за спиной даже не спотыкаются.



Я бы на месте Марты последовал бы примеру Наденьки Котовой из УС-2 и сказал бы: "Спасибо, бомба!"
Ан нет, одна из упавших рядом бомб таки активирует воздействие ударной волны на наших героев, и они падают на землю, а Тереза даже получает небольшой осколок в бок. Америкос прет ее на руках, та ноет: будь защитником правды, как и все пиндосы, расскажи обо всем это миру, ведь на вас, благородных белых господ, вся надежда, бла-бла-бла. Звучит сопливая музыка, надежды нет, затемнение, все сдохли, хэппи-энд. Ненужная болтовня Маркомарты с Генри, тут приходит случайно проходивший мимо Василь, который делает такое же лицо плачущего кролика, поднимает пистолет, долго пыжится как малолетка и убивает самого жалкого персонажа фильма - самого себя. Целил в голову, чудом не промахнулся. Всем насрать, потому что нас долго кормят кадрами изуродованных трупов и плачущих вдов (а мужчины? Мужчины - они не плачут...). К счастью, к журналистам приехал какой-то хрен с бугра, который подарил им с широкого плеча автомобиль из чувства профессиональной солидарности.



В родном Министерстве правды журналюг встречают почему-то винтовками, но отрешенный Генри этого не замечает, идет к секретутке, просит линии с Нью-Йорком и рассказывает в Америку ПРАВДУ. Под музыку - типа историческое послесловие об ужасах немецкого фашизма, легионе Кондор, что испанское правительство так никогда и не принесло извинений городу и многом другом. Конец.

Ну, а теперь подведем общие итоги. Как прямо указывается в фильме, и абсолютно справедливо, Герника - это одно из самых жестоких преступлений фашизма в Испании. Бомбежка города, который заранее ничего не мог противопоставить, для весьма призрачных целей, с сознательным равнодушием к смертям гражданским. Три четверти уничтоженных зданий и почти тысяча погибших из пятитысячного населения города: 300 под завалами и 600 - в больницах. И это по самым минимальным данным, ибо город был через три дня захвачен франкистами, которые ничего не сделали для учета жертв. Наглая ложь франкистов в лучших традиция пропаганды другой фашистской державы, что республиканцы сами себя подожгли и разбомбили.

Но вот только фильм оказался совершенно о другом. Это - старая, банальная и избитая история о Правде на войне, которую якобы защищают журналисты, причем все они обязательно американцы и западноевропейцы. Основной сюжет - это довольно шаблонная и неинтересная любовная линия Генри и Терезы с накрученными ненужными любовными страстями и клюквенными преследованиями кровавых коммунистов из Чека, которые в итоге выглядят хуже нацистов, и все это на фоне намеренно прикрученной реальной трагедии страны и чрезвычайно поверхностных знаний автором о реальном историческом фоне, из-за чего на экране творится форменная ахинея. Это особенно показательно на фоне восхваления большого белого господина из Америки. Нет, прототип у героя был - американец Джордж Стир, который при налете не был, но Гернику посетил сразу. ОН действительно был первым, кто сообщил о трагедии, и благодаря нему о ней узнал мир, за что баски ему даже поставили памятник в 2006 г. и назвали в его честь пару улиц. Но мы же понимаем, что все было совсем не так... Все это позволяет с чистой совестью причислить фильм к разряду испанской михалковщины. Ближайший отечественный аналог, на мой взгляд, сериал "Ленинград", где страдания блокированного города свелись к какой-то бабе-милиционерше и американской журналистке. И, как и каждая михалковщина, это достойно прилюдного расстрела авторов. Для сравнения предлагаю другой фильм о Гернике, который, на мой взгляд, выглядит не хуже, несмотря на более скромный бюджет - потому что сюжет у него более связный.



Вместе с тем вынужден признать без всякой охоты, что фильм не настолько омерзителен, как наша михалковщина - и даже так, как я это описываю. Да, сюжет с довольно слабой композиционной структурой, сильно хромающей логикой, штампованными сюжетными линиями и приемами, незнанием собственной истории и оскорбительной демонизацией СССР, который вовсе не нужно было показывать так шаблонно. С другой стороны... Надо признать, что не все так плохо, как могло бы быть. Сам по себе сюжет "взросления" героя на фоне трагедий войны и любовной драмы, как бы он ни был банален, мог бы сработать при грамотном сюжете. Большинство персонажей не делятся четко на белых и черных, на чем долго смогли играть. Первая половина фильма смотрится даже не так уж плохо, ну, когда еще интрига была. Режиссура, конечно, средняя, но все равно намного лучше, чем в наших среднестатистических фильмах, терпеть можно, хотя в конце режиссера, как говорится, прорвало. Операторская работа вполне на уровне, чего от испанцев я как-то не ожидал. Актеры играют соответственно статусу, а Джеймс Д`Арси в роли Генри даже хорошо - молодец парень, за ним было приятно следить. Всегда удивляюсь, как люди, которым даже диалоги не особо прописали, вытягивают из роли что могут. Бюджет, увы, очень скромный, так что декорации и массовка даны так, фоном, на уровне российских фильмов - но зато спецэффекты были вполне достойны. И фашисты да, показаны и названы именно фашистами, гнусными и беспощадными людьми. Разве что с немцами у меня вопрос, я так и не понял, они по сюжету просто подчинялись приказу нехорошки Франко и генерала Молы или господин Рихтгофен не зря пилотам показывал термитную смесь? Но думаю, эпизоды расстрелов пилотами мирного населения неслучайны. В целом, это, конечно, михалковщина, но уровнем на две-три ступени выше нашей. А чего вы хотели - все-таки Европа.

Но как исторический фильм и тем более как фильм о Гражданской в Испании - это халтура. Смотреть поэтому не особо советую, хотите знать о Гернике - читайте в сети, например, здесь. Рекомендовать могу разве что фанатам Джеймса Д`Арси, его тут много. Ах да, еще фанатам Марии Вальверде, звезде сопливых мелодрам типа "Три метра над уровнем моря" - они тоже будут довольны. У последних хочу узнать, лучше ли другая военная мылодрама с Марией, "Жена анархиста"?

P. S. Спонсор данного выпуска - газета "Нью-Йоркская Тру". Самая достоверная правда по желанию заказчика. (Работа только с компаниями-учредителями в США).


Tags: альтернативная история, вас найобывают!, допрыгались, дотянулся проклятый!, забугорная дичь, кено и немцы, клюквища, птичку жалко, сиськи, стремительным домкратом, сырое тесто, фильм-презерватив, фэйспалм
Subscribe

  • "Армия мертвецов" Зака Снайдера (рецензия)

    Возвращение Снайдера в большой кинематограф должно было начаться с "Армии...", но что-то сломалось в Голливуде и не получилось ни…

  • "Зеленый рыцарь"

    Посмотрел достаточно странный фильм "Зеленый рыцарь" (также называют "Легенда о Зеленом рыцаре"), который представляет собой…

  • Кровавое месиво: изящество, юмор и трэш

    «Секс, кровь и Библия». Эту формулу безоговорочного успеха для кинокартины вывел сто лет назад (в прямом смысле) Сесил Блаунт…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 6 comments