voencomuezd (voencomuezd) wrote in movie_rippers,
voencomuezd
voencomuezd
movie_rippers

Categories:

Малая Москва (2008)



Малая Москва / Mala Moskwa
год: 2008
страна: Польша
режиссер: Вальдемар Кшистек
сценарий: Вальдемар Кшистек
время: 114 мин. / 01:54
В главных ролях:
Светлана Ходченкова
Леслав Журек
Дмитрий Ульянов
Елена Лещинская
Артем Ткаченко
Юрий Ицков
Алексей Горбунов

Как войско польско Веру занимало, а советско им мешало.

Знаменитое польское кино, когда-то выдававшее интересные и любимые многими фильмы типа "Пепел и алмаз", "Знахарь", "Четыре танкиста и собака", "Ва-банк" - ныне деградировало до уровня дешевых и скучных агиток наподобие "Катыни". И вот мне попался очень похожий на "Катынь" образчик жанра - мелКодрамКа с легким привкусом клюквы о любви русской и поляка при тоталитарном советском режиме.

Действие фильма проходит в польском городе Легница, в котором располагался штаб войск Северной группы Советской Армии, из-за чего его прозвали Маленькой Москвой. Итак, какой-то советский год. Нам, ничего не объясняя, показывают Светлану Ходченкову в роли Веры и ее мужа - подполковника ВВС Юрия Светлова. Она приходит к нему на аэродром, трагически смотрит, но он зло отворачивается и баба уходит. Музззззыка. Через неопределенное время к Юрию приезжает машина и сообщает, что "Вера умерла". После этого показывают уже старого летчика, который стоит на ее могиле. На надгробии написано, что она умерла 25 августа 1968 года. Тогда почему это на базе плакаты солдат были с погонами образца 1973 года? Кстати, а вот какой год в реальности старика - мы уже не узнаем. Ясно только, что это постсовок.



Короче, пенсионер идет в какую-то контору для улучшения могилы и делает заказ. Поляки просят заодно его прочесть русское письмо, которое пришло к ним. По абсолютно случайному совпадению, которые так любят польские режиссеры, оказывается, что пенсионер знает автора, это медсестра его части в Легнице. Она просит сохранить могилку его сына Степы и выбить на его надгробии православный крест, для чего прислала десять долларов. Ну, а откуда у старухи, больной ПГМ, лишние деньги?

Еще тягучие сцены, никак не способствующие сюжету. Нас опять без предупреждений бросают во времени, на сей раз в 1967 год. Начинается наконец предыстория. Молодая и бледная Ходченкова с длинною косой - вылитая Юля Тимошенко в лучшие годы - вместе со своим молодым мужем приезжает в Легницу.



Там их встречают бородатые советские военные.



По традиции, каждый третий советский военный - азиат. Кстати, прибывших летчиков это тоже касается.



Но это ладно, в СССР была дружба народов. Мне гораздо больше понравились польские автобусы с сербскими номерами. Конечно, ведь сменить пару табличек для кино - это ж такой труд.





Кстати, несмотря на 1967 год, в городе мы не увидим ни одной Волги. В этой кинематографической Легнице по улицам, кроме военной техники, разъезжают исключительно Победы.
Вместе со Светловыми в общежитие вселяется армянская пара... пара... фамилии у них нет так как сценаристу было по фиг, это Саят и его жена Нане. Очередной повод посмеяться, потому что Саята играет расовый армянин - а именно, один из моих любимых плохих актеров, Артем Ткаченко. Тот самый, который даже в роли стенки будет переигрывать.



Пока идет вся эта канитель, в параллельной реальности, 30-40 лет спустя к Юрию приезжает дочь Вера. Вера - это та же самая (!) Светлана Ходченкова, только которая строит из себя стерву. Она курит сигареты, носит дорогие шмотки, истерит на голом месте и в грош не ставит отца. Охренеть, вам денег даже на лишнего актера не хватило.
Тем временем в 1967 году военные празднуют годовщину Октября в ресторане вместе с польскими союзниками. Праздник интересен тем, что у каждой пары на столе стоит ровно по бутылке водки, а на сцене девочка ненатурально поет: "Пусть всегда будет солнце".





Да, традиционный наплечный орден ГСС мне тоже понравился.

После этого выходит петь уже Светлова, которая поет что-то романтическое, причем по-польски. Оказывается, она выучила язык на слух, по аудиокассетам Илоны Давыдовой радио. Все офицеры кайфуют, но особенно впечатлен молодой подпоручик Михал, с которым нам возиться до конца этого фильма. Это - белокурый красавец с большими голубыми глазами и лицом поэта. Он и вручает Вере награду за победу на конкурсе.

А в это время в часть прибывает майор, который одной своей мрачной рожей и статичными планами заставляет понять - это Плохиш! И это неудивительно, потому что его играет заслуженный Плохиш отечественного кино, а также Плохиш ин риал лайф, продавший душу майдану - Алексей Горбунов. И это повод порадоваться, ибо образ умного гада у него всегда получался отлично.



К слову, я весь фильм угорал от местных номеров на авто.



На празднике Михал пытается клеить за танцами Веру, но она его отшивает и тогда поляк садится бухать водку вместе с армянами. Забавно, что Ткаченко ухитряется при этом не переигрывать - не иначе как пытками заставили, других вариантов не вижу. Нане на танцах спрашивает у Михала: "А правда, что все поляки христиане и молятся в костелах?" Ага, им тоже хотелось бы так думать... Нане задвигает странные речи: "А большинство армян тоже могло - как вы..." Что - как вы? В костелах молиться?
И таки да - как мы увидим далее, подразумевалось именно это! Но об этом после.

Следует очень странный эпизод, которому мы так и не найдем объяснения. Какой-то пьяный польский офицер ломится в закрытую дверь с криками, когда там сидят советский замполит с ординарцем и жутко ссутся, что он ворвется.



Что он от них хочет, и что происходит, абсолютно непонятно. Я сначала решил, что пропустил завязку истории, поэтому пересмотрел начало вновь. Но нет - 20-я минута фильма, а мы этих людей даже не видели. Ну ладно...
И офицер выдает фразу, без которой не может существовать ни один польский фильм о русских.



Михал успевает схватить офицера и отговорить его от погрома: "Молчите про Катынь, а то нас всех посадят. Что они вам сделали?". Пьяный офицер хватает подпоручика за грудки и выдает еще прочувственную реплику: "Курва Михал! Знаешь, что нам русские сделали? Знаешь, что эти сукины сыны нам сделали?!". Не, не знаю. Расскажите, пожалуйста. Но офицер, подержав за грудки Михала, обмякает и уходит. То ли это такая страшная правда, что ее в двух словах не расскажешь, то ли он и сам не придумал, что бы повесить на кацапов.

Михал заходит в зал, но его там ждет замполит, вооружившийся, как и положено доблестному советскому офицеру, оторванной доской. Он принимает Михала за громилу, летит в атаку, но Михал с помощью силы Джеки Чана отбивается и разбивает замполиту нос. Понятно, что замполит обижается и называет Михала гнусным пшеком: "Союзники! Зальетесь еще кровью!" И требует докладную записку об этом инциденте.

После этого дурацкого эпизода мы видим, как Вера ведет мужа домой. Утром. Вы что, всю ночь бухали?! Советский офицер может бухать всю ночь напролет всей частью! По пути случайно, конечноже!.. им встречается Михал, который помогает отвести пьяного Юрия домой. Думаете вы? А вот хрен! Он сажает Юрия на лавку, а сам поздравляет бабу с днюхой и страстно целует. В щеки. А потом губы. Пикапер 80-го левела! А вот потом да, потом тащит.
Еще гениальные диалоги:
- Польский военный офицер не имеет права в форме проходить на советскую военную базу.
- Да. Но мне приятно, что вы обо мне беспокоитесь.
- Я не хочу, чтобы нас арестовали. И сослали бы куда-нибудь на Колыму.

Ин Совьет Раша олл еними оф пипл арестед!

Троица проникает на базу через проволочный забор с помощью особого инструмента, который называется "волшебный польский монтаааааааж!". Наткнувшись на патруль, они прячутся в подъезде, а потом уходят через подвал. В этой сцене можно, кстати, поугарать от советского патруля, который гордо носит десантный АКМС в разложенном виде.



К слову, в фильме еще мелькнули военные авторегулировщики с тем же АКМС, правда, сложенным.
Когда пришли домой, оказалось, что Нане рожает. Верка побежала наверх и стала стучать в дверь Горбунову с криком: "Доктор!" "Я не доктор!" "Женщина рожает" "Я... не доктор" "А кто же вы" "... Я вызову скорую" То есть... Горбунов вселился в общагу под именем доктора? Но на самом деле он не доктор? Что за бред? Я же его всего один раз видел, в форме майора автодорожных войск. А если он особист - то зачем, интересно, маскироваться особисту в собственной части?
Тем временем в параллельной реальности Вера 2.0 впаривает отцу, что надо было настучать по харе Михалу за подкаты. Тот случай, когда баба умнее мужика.

И вот наконец завязка! Политрук вызывает Юрия и рассказывает ему, что полякам так понравилось выступление Веры, что они просят ее выступить на их конкурсе русской и советский песни от имени города. Даже письмо прислали: от горсовета, горкома, культуры Дома... Политрук говорит, что поляков обижать не надо, так что пусть Вера поет, месяц-другой, а потом откажется. Мол, нам и официальной дружбы хватит. После этого политрук отчитывается перед... как ни странно, Горбуновым. Мол, проверяем инициаторов письма, один из них - это Михал, зуб даю, начальник. Письмо решено задержать для проверки подписей. Сцена при этом выглядит очень забавно: политрук чуть ли не до земли пригибается и потеет как на допросе, а Горбунов пол-времени за кадром сидит, курит и важно молчит аки Дарт Вейдер. Нагнетааааание! Боитесь! Боииииитесь!.. Майора автодорожных войск-особиста-а-может-кгбшника-маскирующегося под врача!

И Вера прибывает в какое-то здание, где будет репетировать. В этой сцене я даже не знаю, чему радоваться - расхристанному как бомж солдату или номеру 21-71 ЪЛ.



Ну, если на советской базе в Легнице есть номера типа ЖЋ - почему нельзя быть и такому?
Еще прочувственная сцена, Михал играет на рояле, Вера поет, красота, чуйства и прочее ля-ля-ля. Параллельная реальность. Юрий с дочерью приезжают на уничтоженный за годы освобождения от советской оккупации аэродром и он показывает место, на котором в последний раз видел Веру 1.0, пока та не побежала кончаться. Я-должен-был-подойти-к-ней-тогда, слезы, чуйства, ля-ля-ля.

Хлоп, 1967 год. Нане рассказывает Михалу, что решили назвать в его честь сына. Ага. В честь человека, с которым танцевали на празднике Октября. Но на самом деле все значительно хитрее. Им требуется помощь Михала для одного важного дела... Что это за дело? Об этом чуть позже. А пока Горбунов, явно прочухавший про этот заговор, приходит с огромной бутылкой vodka к армянам, когда те уже собиралсь ночью уходить из дома и предлагает отпраздновать рождение сына - мол, я хочу доказать, что я все-таки врач, пусть и не по вашему профилю.



Армяне, однако, чуют, что что-то тут не так, потому что даже дружелюбный Горбунов выглядит как добрый эсэсовец. Но делать нечего, они садятся пить vodka и кушать salo. К счастью, тут к ним заходит Вера, и Нане страстно просит ее погулять с ребенком. А Горбунов за столом тем временем задвигает еще гениальный монолог.

- Я не только врач. А военный специалист. В психологическом смысле. Везде нужно присматриваться к людям и пытаться их понять. Простой пример. Советские люди все любят читать. Обычному человеку это покажется банальным. А специалист обязательно спросит - почему?! Почему советские люди любят читать вот такие толстые романы? Может, они хотят сбежать от действительности? В другую реальность? Как они говорят, другой мир?

Что-то Горбунов путает. В СССР же не было фэнтези?



- Прикинь, мой психиатр говорит, что при коммунизме люди бегут от реальности в книги.
- При коммунизме? Буржуйский отброс!


А на улице Вера встречает Михала и он отводит ее... в костёл. Где их встречает ксёндз, который... крестит младенца армян! ТАК ВОТ ОНО ЧТО!!!



И вот это, наверно, самая лютая лажа фильма. Дело не только в том, что армяне решили крестить ребенка под носом у военного командования в другой стране. Так они еще решили крестить его в католичество, хотя армян - римских католиков, насколько я знаю, не больше, чем русских. Правда, существует Армянская католическая церковь, но она не подчиняется Риму. Хотя кто там знает, туповатые совки могли быть и не в курсе, из-за чего побежали крестить ребенка в первый попавшийся приход, как это делали тысячи дебилов в перестройку. А хитрый ксёндз, конечно, им ничего не сказал.

Ладно, допустим, что армянская пара решила окрестить ребенка, ничего сверхъестественного в этом нет. В СССР крещение осуждалось и преследовалось, но никто специально по церквям для раскрытия нелегальных крещений не бегал. А народец был туповат и страдал суевериями еще с царских времен - бывало, и партийные своих детей тайно крестили. Понятно, что официально это не одобрялось и могло стоить карьеры, поэтому крещения были, как правило, тайные или негласные. Но, во-первых, зачем так напрягаться? Под носом у командования в военном городке доверяться какому-то малознакомому поляку и подруге? Что мешало подождать 5 лет, вернуться в Союз и там, уже дома, среди родственников и знакомых найти подходящего армянского священника, чтобы окрестить ребенка? Тем более, пацан бы подрос и смог бы сам ответить, надо это ему или нет? Вот, кстати, одна из гнусностей христианства - заявляют о том, что при крещении человек рождается свыше и становится членом Церкви, а сами решают за малолетнего ребенка. Да еще и требуют от родителей понимания всех таинств и активного участия в церковной жизни, так как это типа сакральный смысл.

Короче, единственное объяснение - это действительно армянские католики, которые не могли долго ждать и решили использовать подвернувшийся случай, раз уж им выпало служить в Польше. Это если вообще искать тут логику.

В общем, ребенка насильно приговаривают к попаданию после смерти в ад, Михал и Вера становятся его крёстными, а религиозный националист Саян Ткаченко, коварно замаскировавшийся в рядах Советской Армии, поет с женой армянский гимн прямо перед рожей Горбунова. Пьяному все можно. Странно, что тот сам не встал и не начал петь "Боже, царя храни", демонстрируя дружбу народов.

Вернувшись домой к поляку, Михал и баба, конечно, целуются в подъезде. Почему? Потому что так надо по сюжету. В комнате похотливый поляк еще пытается ее целовать, но Верка понимает, что надо уже идти домой. На выходе их встречает Юрий... который каким-то образом понял, что надо идти на квартиру Михала - и он уводит жену с ребенком.

Спустя какое-то время они снова приходят на репетицию. Следует какая-то невнятная сцена не то обольщения, не то просто болтовни, которая абсолютно не интересна. Короче, баба плачет как сучка ("ю ворн крайн лайк э биииитч!.."), "я русская, я замужняя", и они под музыку раздевают друг друга. Чуйства, слёзы, чуйства, поцелуи СЕЕЕЕЕЕЕЕКСССС!!!!! Час фильма, кстати, прошел. Потрясающее развитие сюжета, да?

Пропускаем кучу любовных сцен, не несущих никакой смысловой нагрузки - шлюха идет по зимнему лесу к Люпфи, подпоручик ее целует, подпоручик ее трахает. Все это снято в лучших традициях польской школы - то есть, затянуто, под музыку, с долгими сценами и т.д. В общем, после множества люпофных сцен Михал сидит в репетиторской зале с цветами, ждет даму сердца. Но вместо нее приходит повестка политрук и сообщает, что Вера залетела, так что выступать не сможет. И все бы ничего, но, по типичному для индийского польского кино совпадению - Юрий бесплоден. Та-ра-та-та - бада-бум! Поляк, вместо того, чтобы заткнуться наконец, то ли троллит политрука, то ли просто показывает, что он и дебил и говорит - у нас бы это назвали бы чудом и радовались бы. Ин Совьет Раша ноу мэджик! - резонно отвечает политрук и уходит, забрав на память цветы.

Реакцию Юрия можете себя представить - как говорится, рога и под генеральской фуражкой не спрячешь. Но вместо пафосной разборки - очередная унылая сцена, в которой Юрий требует от Веры никогда не показывать ребенка Михалу. Бездарщина. Зачем-то нас переносят на местный базар, где польские менты подходят к уличному торговцу и допытываются, не он ли продал военный бинокль вот этому поцу. Как объяснил спекулянт подошедшему потом Михалу, эти поганые москали опять что-то сперли, а повесили все на поляков! Как всегда! Ох уж эта известная польская беззащитность... После этой проникновенной сцены самый справедливый торговец в мире продает Михалу золотое кольцо. Откуда он его взял? Да это... Один русский полковник оставил в залог и не вернулся.
А вы говорите - евреи...

Прикупив заодно форму советского офицера, поляк непоказанным нам способом (ну вы в курсе, волшебный польский монтаж) проникает под окна госпиталя и вызывает Верку художественным свистом. Баба быстро прибегает к нему под деревья, они страстно целуются, милуются, болтают... Тут из кустов вылезает медведь, который громко кричит: "Kurwa!!!" Ну ладно, этого не было. Парочка просто проникает во внутренний двор отделения душевнобольных... где им самое и место... И там-то Мишаня таки ее трахает делает ей предложение. О боги, он ее любит и хочет на ней жениться! Какая прелесть! Вы думаете, баба раздумывала хоть секунду? Хрен там, тут же согласилась. Ибо как можно не влюбиться в человека, которого так хорошо знаешь?

По возвращении в палату она узнает страшную новость. ПОГИБ ЮРИЙ ГАГАРИН!!! Вы понимаете?!!! ПОГИБ! ЮРИЙ!!! ГАГАРИН!!! ГА-ГА-РИН!!! ЕГО БОЛЬШЕ НЕТ! А, ну да, еще приходил ее муж и искал ее везде в связи с этой новостью - понимаете, все мужики, от политрука до Юрия, весь фильм свистели, что беременной Вере нельзя беспокоиться и огорчаться, поэтому обязательно надо сообщить ей, что ПОГИБ ЮРИЙ ГАГАРИН!!!!! С которым, кстати, наш Юрий не-Гагарин совершенно случайно служил и даже проходил конкурс в первые космонавты. В припадке ярости и бессильной горечи по погибшему товарищу Юрий бьет тарелки, и его приходится успокаивать Ткаченко. На хрена эта линия пришита к сюжету - непонятно. Наверно, для создания духа времени.

Сразу после этой сцены Юрий выглядывает в окно и там - ОЧЕРЕДНОЕ, АААААБСОЛЮТНО СЛУЧАЙНОЕ СОВПАДЕЕЕНИЕ! Окна квартиры Саята - выходят прямо на отделение душевнобольных! Ну кто бы мог подумать! Поэтому Юрий отлично видит, как полюбовники выходят из двора и целуются. Я же говорил, что лучше бы медведь вылез из кустов. Крупные кадры на деревья, обмотанные колючей проволокой - по сюжету, чтобы с их помощью не сбежали психи из двора, а на самом деле... символиииизм... Хотя я хз, что это символизирует, ну да ладно.

Отдохнем от любовных переживаний. Политрук вызывает Саята Ткаченко и показывает ему свидетельство о крещении его ребенка. Оказывается, этот тупой ксёндз всем растрепал о том, как ловко окрестил глупых армян. Даже местной чека не испугался. Отпираться бесполезно - там все данные, включая имя и фамилию. Более того, ксёндз, видимо, еще и расспрашивал тупую супругу Саята, потому что написана бумага по-армянски. Или, может, ксёндз сам был армянин по происхождению?.. Я уже ничему не удивлюсь. Думаете, что делает политрук? Обещает Саяту служить сержантом в солнечной Монголии? А вот хрен там. Политрук настолько великодушен, что отдает свидетельство счастливому отцу в обмен на небольшую помощь. "Хочу все знать!" - цитирует политрук известную передачу. О крёстных родителях вашего ребятёнка. Особенно об этом Михале. Блин, я умиляюсь этой военной части. У них под носом жены офицеров романы крутят, детей крестят, а они клювом щёлкают.



Что-то в этой форме меня смущает.

Именно Саяту выпадает случай сообщить Юрию, что в связи с операцией "Дунай" в Чехословакии объявлена боевая тревога и аэродром ждет товарища. Но Юрий все-таки провожает жену до дома, чтобы показать еще несколько псих-олухических сцен прощания ("Поздравляю" "Спасибо. Ну... ты иди уже. Береги себя" "Хорошо") и попросить, чтобы дочку назвали Верой. Вера, дочь Веры. Оригинально.

Так, погодите. Роддом? Но ведь Гагарин погиб 27 марта 1968 г. А операция "Дунай" началась 21 августа. Это что, баба пять месяцев там провалялась?! Хотя ладно, какой смысл придираться к хрологии сюжета? Вера увидела Михала на октябрьских торжествах, а залетела где-то зимою - получается, что во время гибели Гагарина она родила на шестом месяце максимум! Ин Совет Раша побеждено даже время!

Кстати, помните еще номер "31-37 ЪЛ"? А как вам "52-54 ЪФ"? Лозунг сбоку, кстати, тоже интересен.



А нашего Миху таки поймали во время его очередной вылазки на советскую территорию. Очередной альтернативный твердый знак прилагается.



И ведут в часть под угрожающую музыку и через пафосные планы.



Кстати, я не знаю, почему, но в советской части Легницы висят польские агитплакаты.



Миху обвиняют в шпионаже. Ну, а что надо подумать, когда на следующий день после ввода войск в Чехословакию польский офицер в советской форме пытается проникнуть на территорию части, коварно спрятав в кармане детскую погремушку?!



Горбунов вызывает Веру и устраивает ей головомойку. И нужно признать - хоть он и гад по сюжету, но вызывает уважение. Он рассказывает, что оставивший им для прелюбодейства ключи от квартиры старый немец, о котором впервые услышал зритель - отец двух солдат вермахта! Один пол-деревни сжег под Ростовом, второй под Москвой погиб. А поляки отняли у немца пивзавод. А отец Михала - был арестован в 1949 г. и расстрелян после судебного процесса. В общем, ее окрутили буржуазно-националистические элементы, пережившие период советизации. И ведь не поспоришь! Вера все равно просит, чтобы ей дали развестись с мужем и жениться на Михале, чтобы остаться жить в Польше ибо в совке не жизнь. Конечно, Горбунов делает большие глаза и произносит горячий спич о долге перед Родиной и что все должны повиноваться Большому Брату. Вера выдает еще гениальный перл сценаристов: "У поляков есть такая поговорка - в России все должны, а в Польше кто как хочет". Ага, свободолюбие вольных шляхтичей хорошо известно. Наверно, именно поэтому в каждой польской современной агитке есть персонаж-терпила, который сносит получение люлей от русских, немцев и кого угодно. Собственно, наш херой именно из таких. Горбунов радует ее сообщением, что Михал подписал все бумаги с разоблачением и "очень сожалеет о случившемся", а на память, со свойственным советской власти гуманизмом, дает ей люлей погремушку.



К слову, у Горбунова планка от юбилейной медали в честь 100-летия дня рождения Ленина. Ну, не колодчатый орден Красной Звезды или ГСС вдвое больше реального - и на том спасибо.

А что Миха, спросите вы? А, так вот. Так как дебила угораздило попасться, когда чехословацкое правительство проезжало через аэродром в Легнице по пути в Москву (ну, как бы, по сюжету фильма) - то особист выставляет его агентом целой шпионской сети, который пытался внедриться в советское командование... Через Веру, надо полагать, внедрялся. Ага, несколько раз. Секретарь польского райкома, конечно, ругается, но Миха решает, что ему уже все равно и со словами: "Лучше бы меня вообще не было, правда?" делает то, что лучше всего получается у героев польского кино - глупо погибает как последний терпила, выпрыгнув в окно.



А, хотя нет, вроде дергается. Горбунов демонстрирует цинизм: "Это обычный оркестрант. Это не самоубийство, а обычный несчастный случай. И произошел не здесь, а в другом месте". Польский офицер демонстрирует шляхетскую гордость: "Это еще мой солдат, и я его забираю!" Тем не менее, часть Михала вместе, очевидно, с оркестром отправляют в Чехословакию (очередное совпадение!), его матери вешают лапшу на уши, что он погиб в автокатастрофе. Та сообщает это прибежавшей Вере. Политрук, который организовал слежку за бабой, сообщает все это Горбунову и намекает, что надо бы предупредить слухи, которые может разнести шлюха. Горбунов делает лицо: "Блин, а ведь верно, как я сразу не подумал!" и лично выезжает с солдатами на какой-то мост, где хватает Веру и грузит в машину. Надо так полагать, что это они ее и повесили, а не она повесилась, хотя сие и останется абсолютно неизвестным.

Все это время, кстати, идет побочная линия сюжета с постоянным бросанием нас в параллельную реальность. Юрий с Верой 2.0 уже в современности разъезжают по показанным локациям и вспоминают события тех дней. Вера при этом ведет себя как последняя сука и кричит, как ненавидит мать, которая ее бросила в детстве. Драма, ёпта. Плачьте над этой драмой, сучары! Я сказать, плакать!!! Взвод! Слезоточивый газ мне, быстро! Команда "газы"! Приготовиться к атаке на зрителей! Они будет плакать над этой драмой любой ценой!

Кстати, Вера 2.0 еще говорит: "Я по ней очень скучала. Даже хотела попасть с ней на небо". Вот что за бред?! Тебе была пара месяцев от роду, ты ее даже не знаешь! А, ну хотя да, ин Совьет Раша побеждено даже время...

Однажды ночью зачем-то пойдя на квартиру матери, которую она так ненавидит, Вера 2.0 застает там какого-то хромающего старичка, очень напоминающего подпоручика, которого, чтобы не тратиться на грим, просто показывают в тени. Решение на грани гениальности. Обделавшаяся Вера бежит к отцу и сообщает ему, что видела призрака мужика! Отец удивлен - официально ведь дебил погиб! Но, как видим, он жив. Интересно, может и принцесса Диана где-то до сих пор ходит?

Потом парочка припирается на кладбище, где видит, как сбивают красную звезду с надгробия давешнего сына медсестры и делают максимально приемлемую замену за 10 долларов - выбивают крест зубилом прямо на камне. Знаменитая польская щедрость. Это очередная, так любимая польскими режиссерами фишка, которая называется: "побочная-линия-сюжета-с-неотносящимся-к-сути-дела-эпизодичным-персонажем". Зачем нужна сцена с заменой звезды на крест? А потому что - символиииииизм! На могиле матери Вера 2.0 встречает еще одну такую побочную линию - какую-то польку, которая, не замечая поразительную схожесть бабы с портретом на надгробии, висящее прямо у нее перед таблом, рассказывает, что-де, это была самая большая любовь в Легнице и прочую сопливую чепуху. Хотя всем известно, что самая большая любовь в мире - это когда нетраханная школьница влюбляется в блестящего на солнце дебила с рожей наркомана, который наплел ей, что он вампир. Только после окончания своей речи полька понимает, что это дочь умершей и говорит: "Хорошо, что вы сюда пришли. Много поляков приходит сюда помолиться". Что за хрень? Молиться? На могилу какой-то потаскухи? Хотя если поверить, что ее довела до смерти советская власть, а не собственный идиотизм, тогда все становится на свои места... А, ну еще оказалось, что Михал не погиб... к сожалению... а отсидел свое в тюрьме, вышел и пропал с концами как польское кино. И все это ради того, чтобы в последнюю минуту припереться прямо перед светлые очи Веры 2.0 с цветами и таким же замечательным гримом, как у Юрия!



Блин, грим все испортил. А ведь я почти поверил в реальность этой удивительно правдоподобной истории.

Вера 2.0 проника-а-ается... Включает слезогонку, плачет и звучит песня на польском. Конец. А товарищ Горбунов, надеюсь, стал героем Советского Союза и наловил еще много антисоветских шпионов, пока не раскрылось, что он украинский буржуазный националист, внедренный в органы КГБ агентурой ОУН и уничтожавший польских конкурентов. Надеюсь, что было так, хотя нам это и не показали.

Итог? Весьма унылая и откровенно дешевая в обоих смыслах слова мелодрама с малоправдоподобным сюжетом и откровенно провальной мотивацией всех персонажей. Лучше бы я "Граница. Таёжный роман" пересмотрел, там тема раскрыта куда лучше. Как, почему парочка влюбилась друг в друга - непонятно. Почему сразу было не перевести семью советского офицера в другой город и прервать все контакты - неизвестно. На хрена особисту/кгбисту Горбунову маскироваться под врача? И т.д. и т.п. Плюс - длинные сцены, не доходящие, правда, до растянутости артхауза, но тоже очень скучные, да и вообще, откровенная художественная слабость материала и дешевость постановки. Из плюсов - фильм все-таки не доходит до халтуры типа "Катыни", сценарий не настолько тупой и накал русофобии меньше, чем можно было бы ожидать. Актеры в целом играют не гениально, но пристойно, им вполне веришь. Правда, Ходченкова играла довольно-таки средненько. Ну, как средненько - Вера 1.0 еще туда-сюда, а Вера 2.0 - вообще почти никак, особенно когда изображается истерика. Так что... ну, балл за профессионализм, все-таки видно, что снимал какой-никакой, а режиссер... Балл за вполне приличные диалоги и минимум клюквы... Балл за актерскую игру, балл за почти аутентичные декорации, если не считать автономеров... И, пожалуй балл за Ткаченко, хоть здесь он не переигрывает. 5/10. Но многочисленных наград на польских и прочих фестивалях это, конечно, не достойно.

Еще можно добавить, что в реальной Легнице многое было не так: в ней располагалось лишь две авиаэскадрильи малой авиации - вертолетная и авиатранспортная, а не Миги, как в фильме; гарнизон в основном обслуживал штаб, что не помешало назвать его в фильме "самым крупным гарнизоном на запад от СССР"; старшие офицеры жили в основном не в каких-то общагах, а старых немецких особняках (т.к. Легница была раньше немецким городом), а младший - на частных квартирах вместе с поляками; встречи поляков и русских готовились очень строго и риск любых пьяных драк был практически исключен; Дом офицеров, в котором проводились репетиции в фильме - огромное здание, бывшая женская гимназия, а не старинная вилла, которую режиссер снимал во Вроцлаве. Сейчас там, само собой духовная семинария - как видим, с падением тоталитаризма рассадники попов не только у нас появились.



К слову, можете оценить лицемерие режиссёра - в начале фильма заявляется, что любое совпадение с жизнью случайное. А в интервью режисСЁРишка говорит, что все "основано-на-реальных-событиях". Если прошерстить интернет, то выяснится, что да, на реальных. Реальная умершая - Лидия Новикова, жена советского бортового техника, мать двоих детей, польскоязычная белоруска, любовница польского сержанта, жена которого настучала в итоге о их связи полякам. Семье, конечно, тут же приказали уезжать в Союз, но вместо этого Лидию нашли повешенной в лесу - официальная версия самоубийство. История произошла в 1965 г., могилу в Легнице знает любой, а на ее могилу реально ходят люди. Смысл сей любви мне абсолютно непонятен - мало ли в жизни таких самоубийц, изменявших супругам? В 1968 г. в той же Легнице повесилась уже другая дуреха на детской площадке - из-за ссор с мужем и его гулянок. На ее могилу паломники не ходят, потому что тело похоронили в Украине.
Да и вообще, много реально интересного было в Легнице.

Так было с исторической мебелью и произведениями искусства из Дома Приёма – дворца, который в 20-е годы прошлого века построил легницкий фабрикант Фридрих Тейгерт. Через пол века там была гостиница для приезжих сановников. Перед отъездом из Легницы один из советских генералов постановил продать всё историческое содержание дворца, весь ценный антиквариат вместе с ценной картиной Эмиля Эберса 1847 г. «Бунт на Бриге». Весь дворцовый антиквариат оценили тогда – считая в нынешних ценах – на сумму 94 тысячи злотых, хотя реальная стоимость его намного выше. Всё это купил за 20 тысяч злотых (тогда 200 миллионов злотых) ксёндз католического прихода в Пельгжимце, Зенон Бериацкий, председатель совета злоторыйского уезда помогал приходскому ксёндзу в сделке. Потом его вместе с ксёндзом обвинили в краже. «Три года считали нас ворами. Суд первой инстанции аннулировал процесс. Суд второй инстанции нас оправдал, но присудил возврат имущества государству», – Бериацкий не чувствует себя виновным.

Очередное подтверждение, что поляки - самые честные торговцы в мире. А вы говорите - евреи, евреи...
Да, интервью режиссера тоже можно почитать. Я вот прочел и искренне поразился, какая же гнусная, двуличная и хвастливая мразь этот автор. Одна цитата:

— Да, спустя примерно месяц возвращаюсь домой, а моя мама плачет: «Вальдек, я должна собрать тебя, завтра ты едешь в Варшаву, а оттуда тебя отправят во Вьетнам». У меня челюсть отвисла: я ведь это в шутку затеял, а они отнеслись к этому серьезно. Причем перед экзаменами на аттестат! Я открываю дрожащими руками письмо, вижу печать министерства обороны и читаю: «В ответ на ваше письмо, гражданин такой-то, сообщаем, что на территории Польской Народной Республики не проводится набор добровольцев... В случае изменения ситуации вам будет сообщено дополнительно». Подписано: генерал, секретарь и все звания. Я потом это письмо одалживал своим товарищам за 5 злотых, потому что их родители тоже хотели его прочесть, и кто-то в конце концов его у меня украл.

А вы говорите - евреи...

P.S. Оу, фак, ноу, мазефакер, щит!

Фотограф / Fotograf
Жанр: Триллер, детектив, драма
Год выпуска: 2014

Режиссёр: Вальдемар Кшистек
Описание: Фотограф - это неуловимый серийный убийца, действующий в наши дни в Москве. Каждый раз он оставляет на месте преступления пронумерованные метки, аналогичные тем, что используют полицейские на месте преступления. Расследование приводит в старые бараки Красной армии в Легнице и к событиям, произошедшим там в 70-е годы.


Похоже, придется смотреть и это. А вдруг я раскрою тайну смерти Веры-Лиды?
Tags: альтернативная история, бюджет - бутылка водки, вас найобывают!, дотянулся проклятый!, забугорная дичь, киноляпы, клюквища, половые страсти, птичку жалко, унылое говно, циничный пересказ, чужая правда
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 3 comments